Краткий отчёт о «Максидроме».

Все, о чем я далее напишу, является ответом на следующие вопросы:
1) Почему так печально и безжизненно звучали «наши» участники?
2) В чем отличие технического оснащения группы Ленни от «наших певцов».
3) Почему же, не смотря на запредельную техническую круть Кравцова бэнда, звук на его выступлении был «не столь хорош» как ожидалось?

«Максидром» для меня начался c того, что время нашего саунд-чека было назначено на 13-30. Мне было ясно, что в 13-30 никакого чека не будет, но приехали к «Олимпийскому» к 12-00. Вытащили свои ящики и подтянули их к сцене. В это время там шёл чек Кравица.
Первым делом осмотрел сцену.

Пеанина.
Разглядываю, что там притащили в себе две британских фуры. По краям сцены отгорожены отдельные комнатки для гитарных техников, в каждой из которых хранится дикое количество готовых к бою гитар, выстроились рэки с гитарными головами и примочками, расположены рабочие столы для настройки и ремонта инструментов.

Бошки и примочки в "комнате" гитарного техника, с левого края сцены.

Витрина.

Празднику быть!

Бездарь.
У каждого музыканта свой техник. Описывать эти фотографии нет смысла. Кто понимает, смотрите, чем и как позвучены барабасы, какие комбы, какие микрофоны. Мониторный пульт – Digico, пост с двумя «Макинтошами» (думается – плэйбэк). Прекрасная коммутация и идеальный порядок. Точные и слаженные действия персонала. Никакой суеты – спокойная тихая работа людей, знающих своё дело.

Дядя настраивает звук.
«Фирмачи» втыкнули все концы из нашего, в свой FOH пульт Digico. Использовали только Соколовскую «силу», т.е. контроллеры Lake, усилители, порталы и приступили к настройке системы. Поменяли задержки, потребовали переставить субы. Сделали свою эквализацию. Все настраивалось с «таблетки», дистанционно. Музыку не слушали, в микрофон не говорили, все делали тупо по спектроанализатору, от души рисовали на планшете кривулины эквалайзера … Потом, все ж включили музло. Зазвучало ровненько, но ватновато в смысле откровенно плохой динамики. Претензия не к фирмачам. Многое я понял, увидев в составе усиления еще те, принадлежавшие некогда Баранникову десятитысячные усилители Crest. Типа «5 киловатт! Менее чем на 2 Ома! Сварочный аппарат! Тысяча динамиков на одно плечё…»
Приступив к настройке барабанов, фирмачи были недовольны зажатостью аппарата, а так же и тем, что время их чека уже истекло и график «поплыл». Очевидно, в их консоли всё уже было нарулено. Инструменты, игра на них, были великолепны, так же как и их озвучка, они всего лишь успели почти ничего не корректируя, пройти линии. Бросили чек на полдороги и особо не переживали, хоть и кривили морды. С часовым опозданием я приступил к чеку. В теории он у меня должен длится 2-3 часа при условии полной готовности всех систем к работе. На «Максидроме» дали час… Но этот час решили поджать до сорока минут и мне стало всё равно.
Что я имел к началу чека: голую ненастроенную систему зала, которую, к счастью, особо крутить не надо было, зачем делать хуже? Утопил только чуть 2к5 и все, остальное решил влёгкую гнобить на пульте есличо. Голый пульт. Полностью раскоммутированную и разобранную сцену, ненастроенные мониторы и т.п. Ну? О каком уважении к нашему труду мы говорим? Где профессионалы звука с поворотными сценами и т.п., где грамотные организаторы? Кто все это придумал? Спросили бы штоль у меня, я бы помог, я же давно-давно знаю, как все происходит. А так же знаю, сколько реально времени требуется на различные перестановки и перекоммутации. Что мы имеем в реальности – организаторы подходят с улыбкой на лице и спрашивают вежливо и душевно: «Уложитесь в полчаса?», чем заявляют свою полную и абсолютную профнепрегодность и неуважение к чужому труду. Кого мы должны выручать? Что, кто-то попал в беду)))? Я отсылаю их к нашим директорам, а сам пытаюсь сделать хотя бы минимум – включаю голосовую приблуду и настраиваю микрофонъ. Потом скоммутировали барабаны, погремели: я выставил гейны, где надо отрезал низ, повернул фазу, ничего не резал и получил нечто удобоваримое, типа барабанов, а на самом деле шара полная.
Первый мой утрений диалог с мистером Соколовым – хозяином «Лайвсаунда», выставившем звук был таков: Он сказал, мол какия наши лапти-звуковики бездари, типа уже столько цифровых пультов кругом, а все еще никто свой файлик не принесет на концерт на флешке. Я возразил – есть ли смысл, ибо файл можно иметь, когда микрофоны одни и теже, барабаны, комбы. Там можно прописать гейны, и прочий минимум. И патчи все время разные и от концерта к концерту переносить просто НЕЧЕГО!!! Всегда все с нуля, увы.
Настроил я микрофон в зале, пришел на сцену. Вот не звучит он в мониторах и все… Пытаюсь разобраться. Соколов берет свой микрофон – все великолепно и отправляет меня в сад, мол «убитый микрофон свой спрячь». Я не согласен. Предлагаю найти им причину, по которой сигнал от моей радиосистемы со сплиттера на FOH идет, не убивается, а до мониторной консоли доходит подбитым. «Может проводок? А может чувствительность в сплиттере тронуть?», На что лишь слышу возбужденные речи мистера о том, что «и так не успеваем, а вы еще тут со своим битым оборудованием ходите», «нам что теперь все остановить и искать твой сигнал?». Странно, на фестивале всего-то 5 участников и что, я не имею права найти сигнал своего центрального, гарантированно исправного вокального микрофона? Это ж не бубен из третьего ряда. После трех минут вдумчивых экспериментов, при моём непосредственном участии, сигнал от моего микрофона пошёл таки на мониторный пульт. А стоило ли гнуть пальцы?
Сам я был прокатчиком, уважаю этот труд, уважаю также и Соколова (хотя кто я такой, что б уважать его тут или не уважать :-))), который действительно озвучил в нашей стране всех мыслимых и немыслимых звезд, но и одновременно исполнился вселенского пафоса, который неприятно удивляет. Докажи сегодня, здесь и сейчас, что ты профессионал, что ты способен ОБСЛУЖИТЬ(кстати), музколлектив в любых самых нелепых условиях и тогда будет почёт. Но получился какой-то советский хамский овощной ларек. Хоть и претензий ребятам из «лайвсаунда» нет – они как могли старались, просто нет системы труда, да и по бэклайну – бедненько. Басовый комбик, например, был просто убитым…
Вышли наши музыканты, что-то там поиграли, я метался «в поисках утраченного» между сценой и залом, наматывая сотни метров по просторам «Олимпийского».
Так и отчекались)))))))).
Началась программа. Один коллектив сменялся другим. Звук был просто чудовищным. Что-то наладилось у «Брейнсторма», их звукорежиссёр Талес – настоящий профессионал, был спокоен и уверен в себе, у него получилось. «Дельфин» - это Ад!!! Это чудовищно в смысле звука. Их портостудия выдает како-то нереальный кал, в принципе нерулибельный. Вокал – слов не понятно. Тотальное зомбирование масс!
Потом мы. Я типа вернул выкрученные кем-то вправо ручки эквалайзера, что б не обосраться совсем. На первой секунде задели кнопку общего мьюта! И быстро стали отжимать обратно каждый канал руками, т.к. повторное нажатие ничего обратно в зал не открыло. Потом от души почему-то саданул вверх по уровню правый оверхэд, а уровень баса оказался ниже саундчековского на 10 Дб. Ох, не было мне там скучно, не было. Комментировать зальный звук мне трудно. По барабанам - призрачни шанс прорваться мне дали овера, по голосу голубой «Focusrite ISA 220», типа «слова было понятно», а что обсуждать ВСЁ ЭТО говно, хватит.
Пришел черед Ленни, нашего, Кравитца. Фирмачи выкатили на сцену свой бэклайн. Переключились на свои пульты и мониторы.
И вот вышли они. Что изменилось? У пульта я услышал вот что: Американский звук. Резкий, напористый, чудовищный и бесчеловечный. Однако - жирно, широко, смачно. Но боль от потока верхней середины, которая присутсвовала во всём – и в гитарах и в голосе, выгнала меня из зала после пятой песни. Труба и саксофон – ну это полная жопа, они ж так не звучат, эти инструменты были созданы вовсе не для того чтоб казнить людей! Смотришь, играют на них мышцастые негры в кепках, их везли на самолёте, поселили в хорошую гостиницу, дали денег, а из колонок ты слышишь мучительный визг, обидно, а?
Я вернулся в зал под конец, и кажется, то ли звук стал мягче, то ли я подобрел, вырвавшись из этой клоаки. А вернулся я затем, чтоб поискать у пульта вывалившийся из кармана конверт с зарплатой. И нашел, нашел под ногами почтенной публики свой запечатанный, нетронутый никем конверт! Это ли не удача?